Год спустя

Как и другие самолёты, звездолёт Олимпик отчалил от пассажирского терминала аэропорта Кеннеди. Будучи VIP, я поднялся на верхнюю палубу и получил свои тапочки-липучки. После взлёта переоборудованный 747 вознёсся над Атлантическим океаном и на высоте 3000 метров начал серию свёрточных манёвров для уменьшения уносимого в дальний космос воздуха. После около десяти мы были на высоте 100 километров — и вывернулись к Нептуну ради трёхчасового падения в его гравитационную яму. Бортпроводники принялись за работу, раздавая алкогольные напитки в тюбиках и тапочки-липучки для нуждающихся в уборной. Вышедший капитан разъяснил, где можно увидеть спутники Нептуна — Тритон и Нереиду — а также бури на их поверхностях.

К этому моменту в распоряжении людей были больше тридцати взлётно-посадочных полос и полдесятка работающих аэропортов на более чем дюжине внесолнечных планет — и это мы только начинали наше исследование галактики. Недавно освоенная Претория располагала полосой всего пару месяцев, и во много была ещё неразвита; однако там кипела работа над особыми проектами, сочтёнными немного опасными для более населённых миров. Эм ждала меня у края гудронированной полосы, и вскоре я погрузил свой походный рюкзак в Кузнечик — и мы отправились к ещё более новому и дальнему миру.

Несколько дней ушли на разведку мест для городов и аэропортов; а также на нечто больше, чем просто совместный поход. Во время вот таких вот мирных исследований Эм растрясла меня средь ночи: — «Джей, прям сейчас, дуй в Кузнечик. Брось всё и не медли. Надо отсюда валить».

Мне уже пару раз доводилось видеть Эм в роли вояки, поэтому хватило ума не спорить. Мы припарковали Кузнечик достаточно далеко, чтобы не сдувать палатку при взлёте или посадке. Пока я залезал в заднее кресло, ярко вспыхнул свет — и обернувшись, я увидел, как нашу палатку поглотил пламенный шар.

«Что за…»

«Шевелись!» — она была уже на месте, ремни пристёгнуты — и продувала двигатели. Кузнечик взмыл в воздух — и ещё одна бомба сработала между палаткой и точкой нашего взлёта.

«Окей, и почему же я на откидном сиденье в пижаме?»

«Потому что не любишь спать голым. А ещё, Кузнечик сейчас постоянно мониторит события свёртки. Я настроила кое-какие сигналы тревоги. Мы особо и не знали, на что смотреть; но есть пара вещей, которые определённо были бы странными. Сверху судно свёртки — и не на орбите. Оно нависло прямо над нами — как бомбардировщик».

«Мы знали, что пришельцы так могут?»

«Мы знали, что это в пределах возможного для раскрытых технологий. Прикинули, что бы вышло, попытайся мы сами использовать их как оружие. Мы не знали, стал ли кто-нибудь из пришельцев так заморачиваться. Очевидно, эти ребята умеют целиться».

«Ну по кораблю-то они промазали».

«Джей, я даже не сомневаюсь, что они хотят украсть корабль. Разбомбить его не будет им сильно полезно». Она врубила свёртыватель и вывернула нас прямо из атмосферы, вдаль на на пару сотен миль прочь. Через несколько секунд гигантский свёртколёт появился пугающе близко. Эм вновь запустила свёртку, и корабль пришельцев догнал нас, появившись ещё ближе.

«Ну, они могут отслеживать события свёртки. Неудивительно».

«А что если вывернуться подальше?»

«Не хочу быть слишком далеко от планеты. Задействуй они энергетическое или метательное оружие против нас — и, возможно, придётся садиться мёртвым камнем».

«Они подбираются ближе».

Эм использовала маневровые двигатели, чтобы оттолкнуться прочь, но свёртколёт нагнал нас. Судно не было таким же манёвренным, как наше, но в его распоряжении было куда больше мощи. Воздухосжигающие двигатели Кузнечика не работают в вакууме, поэтому в космосе он полагался на батареи и сравнительно маломощные ракетные маневровые.

«Что же, не думала, что эта штука так скоро понадобится. Тебе стоит закрыть глаза, Джей».

«Почему?»

«У тебя под рукой нет сварочной маски — и ты не хочешь остаться слепым». Я закрыл глаза, но даже так моё зрение затмила сияющая белизна. Я вскинул руку в тщетной попытке закрыться. Свет был горяч, жгуч — и оборвался также быстро, как и возник. Когда я смог открыть глаза, корабль пришельцев был заметно дальше — и в борту зияла громадная дыра.

«Что, во имя Кураторов, это было?»

«Знаешь эти изящные маленькие передатчики — их используют, чтобы не такие уж умные устройства имели канал домой? Зовутся генераторами микросвёртки. Неспособны передавать материю, только безмассовые частицы типа фотонов — и только со сравнительно ограниченным сечением переноса. На Претории сейчас ведутся разработки по открытию одного из таких в фотосферу Солнца и использованию солнечной энергии для разогрева теплоэлектростанции. Намного более энергоёмко, чем методы пришельцев — и у нас уже есть все необходимые технологии. Ну так вот, тут приходят мои товарищи в своих шапочках из фольги, и— …погоди-ка. Они, блядь, не на орбите!»

«И?»

«Они падают к поверхности. Не могут остановиться. Эти дураки-смертники не придали кораблю орбитальную скорость — и теперь, если не смогут вывернуться — все умрут».

«Прям сердце кровью обливается. Они разве не пытались только что нас убить?»

«Да, и… странно. Их свёртыватель, похоже, ещё не лишился всех функций, но кажется О БОЖЕ МОЙ!"

Она вышвырнула нас далеко за пределы планетарной луны — как раз, чтобы увидеть, как в краткой вспышке звезды исчезает целая планета.